Глава 4. Сомнения
Артём сидел у окна в одной из тёмных комнат Центра Архивов, глядя на улицы города. Внутри всё кипело — мысли не давали ему покоя. Он не мог избавиться от ощущения, что за всем этим стоит что-то большее, что он пока не понимает.
Он вспомнил недавние события: как команда вмешалась в катастрофу на мосту, как всё прошло успешно. Но внутри что-то оставалось неясным.
— Почему некоторые катастрофы остаются? — вдруг тихо спросил он сам себя. — Почему их всё равно не удаётся предотвратить?
В комнату вошла Ирина.
— Ты долго сидишь, — сказала она мягко. — Что тебя тревожит?
Артём повернулся к ней.
— Я не понимаю. Мы можем менять прошлое, можем предотвращать катастрофы. Но некоторые всё равно остаются. Почему? Почему мы не можем всё исправить?
Ирина присела рядом.
— Есть вещи, которые не должны меняться, — сказала она тихо. — Или, по крайней мере, так кажется.
— А как понять, что именно? — спросил Артём. — Почему некоторые события — как будто, их нельзя трогать?
— Потому что некоторые изменения могут вызвать цепную реакцию, — объяснила она. — Ты ведь знаешь, что всё в этом мире связано. Иногда, чтобы спасти одно, нужно пожертвовать другим.
Артём нахмурился.
— Значит, есть моменты, которые лучше оставить так, как есть?
Ирина кивнула.
— Именно. Есть границы вмешательства, которых мы не можем переступить. Это часть баланса времени. И если мы их нарушим, последствия могут быть гораздо хуже, чем исходная катастрофа.
Артём задумался.
— А кто решает, что можно менять, а что — нельзя? — спросил он.
— Мы все вместе, — ответила Ирина. — Но в конечном счёте — это решают обстоятельства и наш внутренний голос. Иногда лучше оставить всё как есть, даже если очевидно, что это плохо.
Он задался вопросом:
— А что, если мы ошибаемся? Что, если есть события, которые нужно оставить, а мы их меняем?
Ирина вздохнула.
— Тогда всё может пойти не так, как планировалось. Время — очень деликатная система. Малейшее вмешательство — и всё может разрушиться.
Артём почувствовал, как внутри закипает недоверие.
— А если я скажу, что видел катастрофу, которая могла бы быть предотвращена, но команда решила оставить её? — спросил он.
Ирина взглянула на него с удивлением.
— Ты что, заметил что-то такое?
— Да, — ответил Артём. — И я не уверен, что всё было правильно.
Она помолчала.
— Иногда, чтобы понять, что правильно, нужно много думать. И иногда — доверять интуиции. Время — не только наука, он также — искусство.
Артём почувствовал, что внутри зарождается ещё больше вопросов. Почему кто-то решил оставить ту катастрофу? Что было за этим решением? И кем вообще руководили эти решения?
— А как понять, что именно нужно оставить? — спросил он.
— Иногда — по ощущениям, — мягко ответила Ирина. — А иногда — по последствиям. Но самое важное — помнить: вмешательство — это всегда риск.
Артём посмотрел на неё, ощущая, что граница, которую они не должны переступать, — всё ещё очень тонкая.
— Значит, есть вещи, которые лучше оставить в покое, — произнёс он. — И я начинаю понимать, что всё не так просто, как кажется.
Ирина улыбнулась.
— Время — это загадка. И наша задача — не разрушить её, а понять.
Артём вздохнул, чувствуя, как внутри рождается новое понимание — что за спасением скрываются сложные моральные выборы, и что иногда лучше оставить всё как есть.